Но она обернулась к Сигизмунду.
— Петер?
— Ну, да. Петр.
— Форагангья?
— Лантхильда, избавь. Не знаю. Царь это. Петр Великий.
— Сар?
Она подняла голову. Петр, увенчанный лавром, величаво простирал над ней длань. Неожиданно Лантхильда поклонилась.
Свадьба бурно отреагировала смехом и аплодисментами. Потом все наперебой стали кланяться.
Лантхильда недоуменно посмотрела на это буйство.
— Идем. — Сигизмунд взял ее за руку и увел. Она еще несколько раз обернулась. Невеста помахала ей.
— Желаю счастья! — крикнула она.
— И вам того же! — отозвался Сигизмунд.
Они засмеялись. Громко хлопнула еще одна бутылка шампанского.
Сигизмунд и Лантхильда шли по заснеженному скверу, где летом цветут розы. Сегодня Сигизмунд особенно остро чувствовал великолепие имперского города. Этот город надменно не переносит обыденности. Но Боже мой, как охотно, как сильно участвует он в любой страсти — неважно, какой: влюблен ли ты, испытываешь ли ты ненависть, или же тебя захлестывают мысли… Все равно что, только бы не серость.
* * *
На углу Большой Морской и Невского остановились напротив магазина. Оставив Лантхильду в машине (предварительно вытащив ключ зажигания — на всякий случай), Сигизмунд забежал купить свинины, чеснока, картошки и хлеба. Решил побаловать Лантхильду фирменным блюдом Натальи — свинина со шкварками с тушеной картошкой. Пальчики оближешь.
Лантхильда встретила его давно и тщательно обдуманным вопросом.
— Сар — кто?
— Кинг.
Недоуменное молчание. Потом:
— Кто? Сар — кто?
— Кинг же, кинг. Кениг. Император. Рекс.
— Рикс, — повторила она. Медленно кивнула. — Петер–рикс. Много.
— Не «много», а «Великий». Микила.
— Оо! — сказала Лантхильда. — Петер микила рикс. Да. Йаа…
Сигизмунд бросил покупки на заднее сиденье и завел машину.
— Петербург, — сказал он. — Знаешь, почему?
— Петер–борг. Йаа.
— Умница.
Чуть–чуть помолчав, «умница» спросила:
— Петер–борг хвор?
— Как это хвор? А где мы, по–твоему, едем?
Она поглядела на него.
"— Петер–борг хвор? Сигисмундс, Петер
—борг хвор ист?
— Ну, ты даешь! — Он напрягся и выдал: — Лантхильд ист ин Петерборг.
Она задумалась.
— Ик им ин Петер–борг?
— Йаа, — обрадованно подтвердил Сигизмунд.
* * *
Сигизмунд придерживался расхожего мнения о том, что хорошо приготовить мясо может только мужчина. Впрочем, этого мнения он придерживался только под настроение.