Глеб отшатнулся и сделал пару шагов назад, однако устоял на ногах.
– Дьявол… – На лбу Первохода выступили крупные капли пота. – Корчишь из себя Перуна?
Довгуш усмехнулся.
– По-моему, у меня неплохо получается. Эй, толстяк! – окликнул он Хлопушу. – Ты по-прежнему думаешь, что я ненастоящий?
– Еще раз назовешь меня толстяком, и я забью этот меч тебе в задницу, – свирепо проговорил Хлопуша, выставив перед собой сверкающий клинок.
– Оставь свои угрозы, здоровяк. И не бойся меня.
– О чем?
Волхв прищурил прозрачные глаза.
– Вы не сможете выбраться из леса, пока я вам не позволю. Я закружу вас, и вы сгинете в дремучей чащобе. Поверьте мне, это в моих силах.
Глеб усмехнулся.
– Как я понимаю, ты хочешь сделать нам предложение, от которого мы не сможем отказаться?
Старец кивнул.
– Верно. Верните мне мой амулет. Верните, и я оставлю вас в покое.
Глеб задумался, поглядывая на волхва из-под нахмуренных бровей. За спиной у него Хлопуша негромко предложил:
– Первоход, давай отдадим ему этот дурацкий камень. На кой леший он нам сдался?
– Нет, Первоход, не отдавай ему камень, – быстро сказала Лесана. – Он все равно не выпустит нас из леса. А с камнем его могущество возрастет стократно.
– Глупости, – проворчал Хлопуша.
– Гм… – Глеб поскреб ногтем горбинку на переносице и усмехнулся. – Ты слышал, что они сказали, паромщик. Сам видишь – голоса разделились. Но у нас есть еще один член команды, и он тоже имеет право на собственное мнение.
Глеб чуть повернул голову и окликнул:
– Рамон! Ты слышал, о чем говорил волхв?
Толмач, сидящий у костра, разомкнул губы и ответил:
– Да, Первоход. Я все слышал.
– И что ты на это скажешь?
– Я согласен с Лесаной. Этот чародей-паромщик – порождение Гиблого места. А ни одна темная тварь не выпустит жертву из лап, пока не перекусит ей горло.
Глеб в упор посмотрел на волхва.
– Слыхал? Это мнение большинства. Ступай прочь, паромщик. Мы не отдадим тебе камень."
"Лицо волхва передернулось, рука крепко сжала посох, а глаза гневно сверкнули.
– Вы об этом пожалеете! – пролаял он.