Выматерившись, отстреливаю оставшиеся патроны в магазине. Перезарядившись, окидываю взглядом прущий на нас поток людей. И берусь за мобильную радиостанцию, отдавая приказ нанести удар по людям, которые сейчас подтягиваются к забору снаружи. Учитывая численность атакующего противника, к забору «Авиакора», сейчас должно стекаться громадное количество самарцев.
Взрывы начинают грохотать секунд через пятнадцать. А потом в радиостанции слышится крик «Ливийца».
— Здесь какая-то херня, справа от меня.
После этого связь обрывается.
Слышу, как Анна, командующая на этой стороне, отдаёт приказ снова ударить из РПО.
В следующий момент вижу, как что-то белое, стремительно летит в нашем направлении. Кричу, указывая на цель и открываю огонь сам. Но «медуза», заворачивает какой-то лютый вираж и исчезает под нами, на первом этаже. Оттуда слышатся дикие крики людей, которые быстро замолкают.
Развернувшись, беру на прицел выход с лестницы. Потом до меня доходит — эта тварь может перебить охрану около въезда в паркинг и тогда мы окажемся отрезаны от бункера.
Слетев вниз по ступенькам, сталкиваюсь с одним из наших самарских беженцев-добровольцев. Правда, сейчас его шея залита светящейся слизью и парень поднимает автомат, нацеливая его мне в лицо.
Сзади слышатся звуки очередей «Ястребов». Окидываю большой зал взглядом, и понимаю, что в «ментального зомби» превратился отнюдь не один боец. Сейчас на нас наступает вся смена, бывшая на первом этаже, с этой стороны здания. Около тридцати человек. Присоединяюсь к остальным, обрушиваю на них порции свинца. Некоторые успевают открыть ответный огонь.