Агго, проскакав через палатку торговца яйцами, спрыгнул с седла. Щелкнул кнут Чхого. Сир Джорах огрел евнуха блюдом по голове. Вокруг с криками теснились моряки, торговцы и шлюхи.
– Тысяча извинений, ваше величество, – опустился на колени старик. – Он мертв. Я не сломал вам руку?
Дени, поморщившись, сжала пальцы в кулак.
– Не думаю.
– Я должен был выбить ее у вас, – начал он, но ее кровные всадники уже накинулись на него. Агго пинком вышиб у него посох, Чхого обхватил его за плечи и приставил к горлу кинжал.
– Кхалиси, мы видели, как он тебя ударил. Показать тебе, какого цвета у него кровь?
– Отпустите его. – Дени поднялась на ноги. – Посмотри на нижний конец его посоха, кровь моей крови. – Евнух тем временем повалил сира Джораха. Дени бросилась между ними в тот самый миг, когда аракх и длинный меч вылетели из ножен. – Опустите оружие! Перестаньте!"
"– Ваше величество? – Мормонт опустил свой меч всего на дюйм. – Эти люди напали на вас.
– Они меня спасали. – Дени потрясла ушибленной рукой.
– Нет, добрая госпожа, – трясясь, ответил он, – иначе я был бы уже мертв. Но он коснулся меня. А-ай! Упал прямо мне на руку. – Он обмарался – и не диво.
Дени дала ему серебряную монету за урон и отослала прочь, а потом снова обернулась к старику:
– Кому я обязана своей жизнью?
– Вы ничем не обязаны мне, ваше величество, а зовут меня Арстан, хотя Бельвас в пути нарек меня Белобородым.
– А кто такой Бельвас? – спросила Дени.
Громадный коричневый евнух вышел вперед, спрятав в ножны свой аракх.
– Это я. Бельвас-Силач, как прозвали меня в бойцовых ямах Миэрина.
Дени не было нужды считать – она и так видела, что шрамов много.
– А что ты делаешь здесь, Бельвас-Силач?
– Из Миэрина меня продали в Квохор, а оттуда в Пентос, толстяку с душистыми волосами.