Сметает шахматную доску со стола. Расчищает поверхность. Что белые, что черные фигуры одинаково разлетаются во все стороны.
Я содрогаюсь. Радуюсь ничтожному выигрышу. Жалким мгновениям, которые позволяют отстрочить приговор. Вот только пощады не светит. И прощения тоже. И никто в целом свете нам не поможет.
Никто сюда не придет. Никто не рискнет. Не спасет.
Не на кого надеяться.
Кроме себя.
— Хватит, — приставляю дуло к подбородку. — Иначе я вышибу свои мозги.
— Валяй, — соглашается коротко.
— Я серьезно, — вдавливаю металл до боли.
— И я не шучу, — хмыкает он. — Если промажешь, пуля снесет лишь челюсть. Не самая приятная картина. Но жить будешь долго."
"— Чушь, чепуха, — истерично хихикаю. — Это же просто авторская фантазия Паланика. В реальности с таким ранением никто не выживет.
— Проверь, — заключает спокойно.
Мой блеф на него не действует. И любой шантаж мимо. У меня нет ни единого шанса повалить этого зверя на обе лопатки.
Он укладывает Стаса на стол. Нарочито бережно. Заботливо.
— Пожалуйста, остановись, — выдаю с придыханием.
Пальцы немеют, липкие струи ледяного пота оплетают спину кружевом, позвоночник натянут как тугая тетива лука.
— Я же и правда выстрелю, — снова направляю на него оружие.
Руки дрожат так, что действительно могу случайно нажать на курок, начну палить по сторонам и сама не замечу.
— Давай, — холодно подстегивает фон Вейганд. — Я даже помогу тебе сделать правильный выбор.
— Лора, — хрипит Стас. — Уйди.
Закашливается, издает протяжный стон. У него нет ни сил, ни возможности бороться, а он все равно надеется меня спасти. Оградить от неизбежности.
— Я выстрелю, — заявляю твердо. — Я не шучу.
— Отлично, — бросает с насмешкой. — Так чего ты ждешь? Моего разрешения?
Фон Вейганд не обращает на меня особого внимания. Не расценивает как угрозу. Четко и методично воплощает свой замысел в реальность. Действует холодно. Без эмоций.
Настоящий палач.
Он пристегивает Стаса к столу, закрепляет запястья и лодыжки кожаными манжетами, фиксирует.
Стоп, что за…
Это же просто стол. Самый обычный стол. Ничем не примечательный. Рядовой. Не слишком качественный.
Откуда тут такие манжеты? Зачем?
Мой взор мутнеет, когда истина озаряет истерзанное сознание.
— Советую поторопиться, — фон Вейганд смотрит прямо на меня. — Я закончу с ним, а потом займусь тобой.