Уставилась, будто действительно их видела, в чем я сомневаюсь. Просто надо было куда-то смотреть.
— Но ты там была. Да ещё как была… — Голос её прервался, не слезами, а эмоциями. Глубина этих эмоций была мне непонятна.
— Ты так говоришь, будто я Натэниела у тебя украла. Ты никогда с ним не встречалась. И вообще, когда ты с ним познакомилась, он уже у меня жил.
Тут она на меня посмотрела. Я даже занервничала, не в силах понять причину её злости.
— Но я же этого не знала. Ты мне позволила верить, что он всего лишь твой друг.
— Натэниел со всеми ведёт себя приветливо.
— Это теперь так называется?
— Послушай, Арнет, Натэниел иногда флиртует ненамеренно. Издержки профессии.
— То есть потому что он стриптизер?
Я кивнула.
— Я до этой свадьбы не знала, чем он занимается. Должна была понять, что он вроде шлюхи.
Это уже достало меня.
— Он не шлюха.
— Как же! У меня был такой приятель в школе, его два раза задерживали за проституцию, когда ему ещё пятнадцати не было. Мужскую проституцию, — добавила она, будто это было куда хуже.
Я не знала, ловили ли на этом Натэниела, но не стала признаваться при Арнет.
— Я знаю, чем занимался Натэниел, пока не ушёл с улицы.
Что было отчасти правдой, отчасти не правдой, но не вполне ложью.
— И ты его спасла? Подобрала на улице и отвела домой? Взяла на содержание?
— На содержание? Ты неправильное выбрала слово.
Ей хватило такта смутиться. Я почти даже добилась от неё улыбки, но Арнет с собой справилась.
— Зови как хочешь, но все-таки? Он твой…
Я не стала ей помогать.
— Мой — кто? — спросила я, и голос мой прозвучал на пару октав ниже, отчётливей и холодней. От подобной интонации любой, кто меня знает, мог бы забеспокоиться.
Если Арнет и среагировала, то никак этого не проявила.
— Жиголо, — сказала она. Бросила это слово мне в лицо как что-то острое и жёсткое, будто кулаком двинула.
Я засмеялась, и ей это не понравилось.
— Чего тебе так смешно? Я тебя с ним на сцене видела, Блейк.
Тут я вытаращилась на неё, потому что вроде бы у меня забрезжило, чего её так достало.
— Так ты под впечатлением, будто я вытащила Натэниела с улицы ребёнком и сделала своим мальчишкой-проституткой?
Она отвернулась:
— Если так сказать, получается глупо.
— Ага, — согласилась я.
Она повернулась ко мне, ещё сердясь."
"— Я видела, что ты с ним вчера делала. Ты его приковала цепями. Ты его била.