Катерина высокая, немного выше большинства девушек, однако в моей одежде она утопает.
А еще Кэт такая крошечная по сравнению со мной. Идеальная. Изумительная. Она осознает, насколько красива? И я имею в виду не только внешность.
Ее вишневый запах моментально смешивается с моим, и я жадно вдыхаю в легкие наш аромат.
Кинк активирован.
С этих пор она будет часто носить мои вещи.
От наслаждения Катериной меня отвлекает телефонный звонок. Увидев номер, я сбрасываю и прижимаюсь губами ко рту Кэт. Я прикусываю ее нижнюю губу, чтобы почувствовать металлический привкус.
– В следующий раз я не ограничусь поцелуем, Катерина.
– Будет следующий раз? – спрашивает она, немного испуганная и взволнованная.
– О, конечно, будет, – я глажу ее волосы и ласково произношу. – Ты моя, котенок. И я буду делать с тобой все, что захочу.
Ее глаза сверкают злостью, которая эхом отдает в мою эрекцию. Она отстраняется, но я не даю уйти далеко и беру Кэт за руку. Небольшая ладонь тонет в моей, я сжимаю ее пальцы, направляясь к своей машине.
– Я не собираюсь идти с тобой, – мой жест с рукой, очевидно, ввел ее в шок, но она быстро пришла в себя. – И ты тем более не будешь делать со мной что-либо без моего согласия.
Она упирается ногами, думая, что таким образом может остановить меня. И, возможно, в другой раз я бы и понаслаждался ее смехотворным сопротивлением, но на улице продолжает лить дождь.
– Я не спрашивал твоего согласия, котенок, – отвечаю я и с легкостью поднимаю ее на руки.
Всю дорогу она умоляет меня отпустить ее, бессмысленно пытаясь бороться. Добравшись до машины, я сажаю девушку на переднее сиденье и, включив обогрев на максимум, пристегиваю ремень безопасности, наслаждаясь тем, как из ее груди вырывается тихий вздох.
– Это называется насилие, – Кэт смотрит на меня в упор и скрещивает руки на груди, привлекая к себе внимание.
– Называй как хочешь.
– Ты не прикоснешься ко мне и пальцем.
Дорога до кампуса занимает не больше пяти минут.
Припарковав машину возле входа, я блокирую двери, не давая девушке выйти, и яростно целую, кусая ее губы до красноты.
– Вот незадача. Я уже коснулся, малышка.
Кэт дышит как загнанный зверь, не особо аккуратно отстегивая ремень. Ее губы опухли и сильно покраснели, а грудь высоко вздымается.
Наверное, Кэт грустно, что я не принц, который будет бояться даже дышать над ней. Я собираюсь испортить ее. Присвоить ее. Сделать полностью и окончательно моей.